Детектив выжидающе смотрел на меня, и я быстро оценила обстановку.
Сбежать? Побег от полицейского сразу же навлечёт на меня подозрения.
Загипнотизировать его, взяться за старое? Нет, ни за что. Даже не думать в эту сторону! Я пытаюсь стать Обычной Холли, то есть – порядочным и уважаемым членом общества, пытаюсь доказать, что вампиры способны мирно сосуществовать с людьми!
Оставалось одно. Я припомнила, как однажды в этом же здании, этажом выше, меня точно так же застигли там, где я не должна была быть.
– Простите меня, я зашла всего лишь взглянуть, – сказала я, добавив в голос необходимую нотку испуга и робости. – Я любила этот коктейль-бар, и мне захотелось… попрощаться с ним. Я знаю, что сделала глупость, этого больше не повторится.
– Любили? – повторил детектив. – Вы работали в этом заведении или были его гостем? Мы допрашивали всех, кто регулярно бывал здесь, и что-то я Вас не помню.
Жаль, обойтись без вранья не получится, но уж врать-то я умею отлично.
– Я… По правде сказать, я была здесь только раз, когда приходила наниматься на работу, но “Пинк Даймонд” произвёл на меня незабываемое впечатление. Мне так грустно, что он закрылся. Я зашла сюда, чтобы вспомнить… Вспомнить, каким он был раньше.
– Понятно, – кивнул детектив. Не знаю, поверил ли он мне, но арестовывать не спешил.
– Вы, наверное, приняли меня за преступника, – я позволила себе наивно улыбнуться, однако детектив на улыбку не ответил.
– Есть мнение, что преступники всегда возвращаются на место преступления, – произнёс он.
– Вам виднее. Я никогда не встречала преступников.
– Очень странное дело с этим исчезновением, не так ли?
– Да… странное.
– Представить себе не могу, что чувствуют семьи пропавших людей, – продолжал он. – Пропал без вести – это ведь ещё хуже, чем умер. Смерть близкого человека пережить можно, но неизвестность… Должно быть, их родные до сих пор ждут. Надеются, вздрагивают от каждого звонка…
Я поняла, он давил на меня, наблюдал, как я отреагирую. Профессиональная привычка или всё же что-то заподозрил?
Честно говоря, детектив не выглядел бездушной машиной для запугивания, какими представляли полицейских жители Клоповника. По крайней мере, глаза у него были вовсе не бездушные, а наоборот, добрые и внимательные. Лицо человека, который привык помогать, а не запугивать. Помогать… А ведь это даже удачно, что он мне подвернулся. Это можно использовать. Мне как раз нужна кое-какая помощь.
В общем, я выбрала воздействие через эмоции: отвернулась, стараясь не переборщить с драматизмом, а затем расплакалась.
Получилось убедительно – по крайней мере, слёзы потекли, а уж изобразить всхлипы и горестные подвывания было несложно. Детектив занервничал.
– Мисс? В чём дело?
– Я… Вы мне напомнили…
Он неловко затоптался на месте. Всё правильно, я должна была выглядеть жертвой, а не преступницей. Будем надеяться, профессиональная бдительность ослабеет при виде рыдающей девушки.
– Пойдёмте-ка на свежий воздух. Здесь недалеко есть спортзал, у них должна быть вода, или чай, или… что-нибудь.
Утирая глаза рукавами, я позволила ему вывести меня из “Пинк” и по пути сделала вид, что постепенно успокаиваюсь. Нехитрая уловка сработала. Оставалось только продолжать в том же духе и подкрепить образ жертвы душещипательной историей – между прочим, почти правдивой.
Детектив заботливо усадил меня на диван в фойе спортзала, после чего принёс стакан воды, который я с благодарностью приняла. Вот теперь можно было переходить к делу.
Призрак отца сообщил мне, что моя мать не была вампиром и что расстались они ещё до операции “Рассвет”. Отца звали Вальтер Ваторе, стало быть, фамилия Рэйв могла принадлежать моей матери, но в городском интернете я не нашла упоминаний о ней. Так кем же она была? Если кто и мог ответить на этот вопрос, то только полиция.
– Дело в том, что… я потеряла память несколько лет назад, – начала я, осторожно выбирая слова. – И врачи ничего не смогли поделать. Несмотря на это, я устроила свою жизнь и почти перестала переживать, но, когда Вы заговорили о… Простите. Я просто подумала, что, может быть, у меня тоже была семья, которая искала и ждала меня.
– О, мисс, мне очень жаль, – детектив явно не ожидал такого. – И Вы не обратились в полицию?
– Я была растеряна, не знала, что делать, ну, и вообще…
– Понимаю. Вы испугались, – озвучил он несказанное мной. – О полицейских ходит много неприятных слухов.
– Да, пожалуй…
– Вот что, мисс. Меня зовут детектив Джек Шарм, я помогу Вам.
– Холли Рэйв, – представилась я в ответ. – Я не хотела бы Вас утруждать, у Вас наверняка и без меня полно дел…
– Это моя работа, мисс Рэйв. Кроме того, Вы правы, Ваша семья действительно может разыскивать Вас… Холли Рэйв – Ваше настоящее имя?
– Да. Имя – единственное, что я помню из прошлой жизни.
– Оставьте мне свой номер, – распорядился Шарм. – Я поищу информацию в наших базах и позвоню Вам, когда что-нибудь выясню.
Номер я оставила. Бояться, вроде бы, было нечего: всё, что было у полиции на меня саму – тот единственный допрос перед смертью Лети; то, что я там насочиняла, я хорошо помню и в случае необходимости смогу поддерживать эту легенду. Эти полицейские совсем не такие страшные, как мне твердили.
– Послушай, ты ведь много раз была в полиции на допросах. Случайно, не встречала там детектива по имени Джек Шарм?
Жизель сегодня была в хорошем настроении: её собеседование прошло успешно, и она была уверена, что со дня на день получит работу.
– Шарм? – удивилась она. – Точно нет. Уж такое-то я бы запомнила.
– Почему это?
– Шарм – фамилия древнего магического рода. Древнее, наверное, только Сильверсветер…
– Хочешь сказать, этот детектив – маг?
– Вряд ли. Скорее, какой-нибудь десятиюродный родственник. Маг не стал бы пачкаться работой в полиции… А что? Откуда такой интерес?
– Встретила его сегодня возле “Пинк”. Вызвался помочь с поисками информации о моей матери.
– Осторожнее ты с этими детективами. Сегодня они ничего против тебя не имеют, а завтра могут и заиметь!
– Он, кажется, нормальный. Даже милый. Не могут же все полицейские быть плохими?
– Новый шериф, Маркович, просто конфетка. Жаль, что женат! – Жизель вздохнула. – А что этот твой Шарм – не старый? Симпатичный? Жена есть?
– Точно не старый… и пожалуй, что симпатичный. Про жену выяснить как-то не догадалась, мы проговорили всего пять минут.
– Ладно, заинтриговала. Джек, да? Проверю, нет ли его в магических родовых книгах… Везёт же тебе на знакомства со всякими фамилиями – то Гот, то Шарм. А я, видимо, так и умру Дельгато.
– Познакомить?
– С полицейским? Фу. Я бы скорее согласилась на кого-нибудь из твоих соседей в Клоповнике. Как они, кстати?
– Не знаю насчёт парней, но Эшли с Мэттом поселились в Тартозе. Ребёнок родится через месяц, они уже подыскивают няню.
– И тут то же самое, любови да детишки! – Жизель недовольно поморщилась. – Мне нужно чаще бывать вне дома! Только где? “Пинк” закрылся, а кроме него, в городе нет ни одного приличного бара. У тебя же куча денег, открой какое-нибудь заведение, где можно будет знакомиться с нормальными парнями! Ради меня!
– Подожди немного. Люди ещё к Творческому району-то как следует не привыкли, дай им переварить.
– Главное, не забудь, что я, в отличие от тебя, жить вечно не умею!
Идея с баром вообще-то была неплоха, но я действительно считала, что перемен должно быть в меру. Если эксперимент с Творческим районом будет признан удачным, то свобода от лицензий и перечней начнёт распространяться за его пределы, и вот тогда уже можно будет задумываться о барах.
А пока наш дом и без того представлял собой островок свободы: после увольнения из "Пинк" Жизель сохранила за собой лицензии, и теперь по вечерам район мог наслаждаться скрипичными концертами.
Не знаю, что на этот счёт думали соседи, но вслух они не жаловались. Жизель играла очень хорошо, мне уже и не верилось, что она всерьёз занялась скрипкой всего год назад.
К слову сказать, я тоже не забросила увлечение, которое открыла для себя во времена творческого клуба. Люди начали экономить электричество, поэтому свечи стали пользоваться неплохим спросом на рынках.
Встреча с детективом не шла у меня из головы. Странно, что он вообще пришёл в “Пинк” в одиночку, да ещё спустя более чем полгода после преступления. Неужели там ещё надеются что-то найти?
Следующим утром Жизель за завтраком сообщила мне, что никакого Джека Шарма в их родовых книгах нет.
– А что это вообще за книги?
– Толстенные такие тома, – Жизель сопроводила пояснение жестом. – В них записаны родословные магов, начиная с древних времён. Раз твоего Шарма там нет, он точно не маг. Может быть, родственник наших Шармов, а может, просто однофамилец.
– Или его забыли внести.
– Это же волшебные книги, деревенщина. Они заполняются сами, магически! И, между прочим, я ещё не рассказала главные новости.
– Что за новости?
– Я сделала за твоего детектива всю работу. Говорит тебе что-нибудь имя “Мелани Рэйв”?
– Ничего не говорит. Кто это? – заинтересовалась я. Жизель отправила в рот кусок тоста и, жуя, невнятно заговорила:
– Одна ведьма. Правда, её уже лет пятнадцать как нет в живых, но по возрасту она могла бы быть, например, твоей матерью. У неё было три сына, про дочь в книгах не упоминается, но ты же вампир. Вампиров мы не учитываем.
Мелани… Мелани… Мама… Я вертела имя в голове так и эдак, но не получила никакого отклика. Потом меня осенило:
– Возможно, не матерью, а сестрой – я ведь точно не знаю, сколько мне лет! А что насчёт троих сыновей? Ты их знаешь?
– Не припомню. Я, как видишь, нечасто бываю на той стороне портала.
– Но ты можешь их найти?
– Думаешь, мне делать больше нечего? – возмутилась Жизель. – Благотворительность – это к Асельке, она у нас добренькая.
К Асель так к Асель. Я позвонила ей, описала ситуацию, и она согласилась помочь; оставалось только ждать… Значит, среди моих родственников были и маги. Надеюсь, я не сделала глупость, когда сказала детективу Шарму своё настоящее имя и тем самым дала ему ключ к своему прошлому, в котором ещё неизвестно что скрывается.
Лёгок на помине, детектив позвонил мне, едва только я попрощалась с Асель и положила трубку.
– Мисс Рэйв, я нашёл кое-что по Вашему делу, – сказал он. – Где и когда Вам удобно будет встретиться?
– Сегодня, – мгновенно ответила я. – Скажем, в Центре творчества через час?
– Хорошо. Тогда – до встречи.
Шарм не заявился ко мне домой и не попросил меня приехать в участок – надо думать, это хороший знак. Вселяет надежду, что он не узнал о моей семье ничего подозрительного…
Сбежать? Побег от полицейского сразу же навлечёт на меня подозрения.
Загипнотизировать его, взяться за старое? Нет, ни за что. Даже не думать в эту сторону! Я пытаюсь стать Обычной Холли, то есть – порядочным и уважаемым членом общества, пытаюсь доказать, что вампиры способны мирно сосуществовать с людьми!
Оставалось одно. Я припомнила, как однажды в этом же здании, этажом выше, меня точно так же застигли там, где я не должна была быть.
– Простите меня, я зашла всего лишь взглянуть, – сказала я, добавив в голос необходимую нотку испуга и робости. – Я любила этот коктейль-бар, и мне захотелось… попрощаться с ним. Я знаю, что сделала глупость, этого больше не повторится.
– Любили? – повторил детектив. – Вы работали в этом заведении или были его гостем? Мы допрашивали всех, кто регулярно бывал здесь, и что-то я Вас не помню.
Жаль, обойтись без вранья не получится, но уж врать-то я умею отлично.
– Я… По правде сказать, я была здесь только раз, когда приходила наниматься на работу, но “Пинк Даймонд” произвёл на меня незабываемое впечатление. Мне так грустно, что он закрылся. Я зашла сюда, чтобы вспомнить… Вспомнить, каким он был раньше.
– Понятно, – кивнул детектив. Не знаю, поверил ли он мне, но арестовывать не спешил.
– Вы, наверное, приняли меня за преступника, – я позволила себе наивно улыбнуться, однако детектив на улыбку не ответил.
– Есть мнение, что преступники всегда возвращаются на место преступления, – произнёс он.
– Вам виднее. Я никогда не встречала преступников.
– Очень странное дело с этим исчезновением, не так ли?
– Да… странное.
– Представить себе не могу, что чувствуют семьи пропавших людей, – продолжал он. – Пропал без вести – это ведь ещё хуже, чем умер. Смерть близкого человека пережить можно, но неизвестность… Должно быть, их родные до сих пор ждут. Надеются, вздрагивают от каждого звонка…
Я поняла, он давил на меня, наблюдал, как я отреагирую. Профессиональная привычка или всё же что-то заподозрил?
Честно говоря, детектив не выглядел бездушной машиной для запугивания, какими представляли полицейских жители Клоповника. По крайней мере, глаза у него были вовсе не бездушные, а наоборот, добрые и внимательные. Лицо человека, который привык помогать, а не запугивать. Помогать… А ведь это даже удачно, что он мне подвернулся. Это можно использовать. Мне как раз нужна кое-какая помощь.
В общем, я выбрала воздействие через эмоции: отвернулась, стараясь не переборщить с драматизмом, а затем расплакалась.
Получилось убедительно – по крайней мере, слёзы потекли, а уж изобразить всхлипы и горестные подвывания было несложно. Детектив занервничал.
– Мисс? В чём дело?
– Я… Вы мне напомнили…
Он неловко затоптался на месте. Всё правильно, я должна была выглядеть жертвой, а не преступницей. Будем надеяться, профессиональная бдительность ослабеет при виде рыдающей девушки.
– Пойдёмте-ка на свежий воздух. Здесь недалеко есть спортзал, у них должна быть вода, или чай, или… что-нибудь.
Утирая глаза рукавами, я позволила ему вывести меня из “Пинк” и по пути сделала вид, что постепенно успокаиваюсь. Нехитрая уловка сработала. Оставалось только продолжать в том же духе и подкрепить образ жертвы душещипательной историей – между прочим, почти правдивой.
Детектив заботливо усадил меня на диван в фойе спортзала, после чего принёс стакан воды, который я с благодарностью приняла. Вот теперь можно было переходить к делу.
Призрак отца сообщил мне, что моя мать не была вампиром и что расстались они ещё до операции “Рассвет”. Отца звали Вальтер Ваторе, стало быть, фамилия Рэйв могла принадлежать моей матери, но в городском интернете я не нашла упоминаний о ней. Так кем же она была? Если кто и мог ответить на этот вопрос, то только полиция.
– Дело в том, что… я потеряла память несколько лет назад, – начала я, осторожно выбирая слова. – И врачи ничего не смогли поделать. Несмотря на это, я устроила свою жизнь и почти перестала переживать, но, когда Вы заговорили о… Простите. Я просто подумала, что, может быть, у меня тоже была семья, которая искала и ждала меня.
– О, мисс, мне очень жаль, – детектив явно не ожидал такого. – И Вы не обратились в полицию?
– Я была растеряна, не знала, что делать, ну, и вообще…
– Понимаю. Вы испугались, – озвучил он несказанное мной. – О полицейских ходит много неприятных слухов.
– Да, пожалуй…
– Вот что, мисс. Меня зовут детектив Джек Шарм, я помогу Вам.
– Холли Рэйв, – представилась я в ответ. – Я не хотела бы Вас утруждать, у Вас наверняка и без меня полно дел…
– Это моя работа, мисс Рэйв. Кроме того, Вы правы, Ваша семья действительно может разыскивать Вас… Холли Рэйв – Ваше настоящее имя?
– Да. Имя – единственное, что я помню из прошлой жизни.
– Оставьте мне свой номер, – распорядился Шарм. – Я поищу информацию в наших базах и позвоню Вам, когда что-нибудь выясню.
Номер я оставила. Бояться, вроде бы, было нечего: всё, что было у полиции на меня саму – тот единственный допрос перед смертью Лети; то, что я там насочиняла, я хорошо помню и в случае необходимости смогу поддерживать эту легенду. Эти полицейские совсем не такие страшные, как мне твердили.
* * *
– Послушай, ты ведь много раз была в полиции на допросах. Случайно, не встречала там детектива по имени Джек Шарм?
Жизель сегодня была в хорошем настроении: её собеседование прошло успешно, и она была уверена, что со дня на день получит работу.
– Шарм? – удивилась она. – Точно нет. Уж такое-то я бы запомнила.
– Почему это?
– Шарм – фамилия древнего магического рода. Древнее, наверное, только Сильверсветер…
– Хочешь сказать, этот детектив – маг?
– Вряд ли. Скорее, какой-нибудь десятиюродный родственник. Маг не стал бы пачкаться работой в полиции… А что? Откуда такой интерес?
– Встретила его сегодня возле “Пинк”. Вызвался помочь с поисками информации о моей матери.
– Осторожнее ты с этими детективами. Сегодня они ничего против тебя не имеют, а завтра могут и заиметь!
– Он, кажется, нормальный. Даже милый. Не могут же все полицейские быть плохими?
– Новый шериф, Маркович, просто конфетка. Жаль, что женат! – Жизель вздохнула. – А что этот твой Шарм – не старый? Симпатичный? Жена есть?
– Точно не старый… и пожалуй, что симпатичный. Про жену выяснить как-то не догадалась, мы проговорили всего пять минут.
– Ладно, заинтриговала. Джек, да? Проверю, нет ли его в магических родовых книгах… Везёт же тебе на знакомства со всякими фамилиями – то Гот, то Шарм. А я, видимо, так и умру Дельгато.
– Познакомить?
– С полицейским? Фу. Я бы скорее согласилась на кого-нибудь из твоих соседей в Клоповнике. Как они, кстати?
– Не знаю насчёт парней, но Эшли с Мэттом поселились в Тартозе. Ребёнок родится через месяц, они уже подыскивают няню.
– И тут то же самое, любови да детишки! – Жизель недовольно поморщилась. – Мне нужно чаще бывать вне дома! Только где? “Пинк” закрылся, а кроме него, в городе нет ни одного приличного бара. У тебя же куча денег, открой какое-нибудь заведение, где можно будет знакомиться с нормальными парнями! Ради меня!
– Подожди немного. Люди ещё к Творческому району-то как следует не привыкли, дай им переварить.
– Главное, не забудь, что я, в отличие от тебя, жить вечно не умею!
Идея с баром вообще-то была неплоха, но я действительно считала, что перемен должно быть в меру. Если эксперимент с Творческим районом будет признан удачным, то свобода от лицензий и перечней начнёт распространяться за его пределы, и вот тогда уже можно будет задумываться о барах.
А пока наш дом и без того представлял собой островок свободы: после увольнения из "Пинк" Жизель сохранила за собой лицензии, и теперь по вечерам район мог наслаждаться скрипичными концертами.
Не знаю, что на этот счёт думали соседи, но вслух они не жаловались. Жизель играла очень хорошо, мне уже и не верилось, что она всерьёз занялась скрипкой всего год назад.
К слову сказать, я тоже не забросила увлечение, которое открыла для себя во времена творческого клуба. Люди начали экономить электричество, поэтому свечи стали пользоваться неплохим спросом на рынках.
Встреча с детективом не шла у меня из головы. Странно, что он вообще пришёл в “Пинк” в одиночку, да ещё спустя более чем полгода после преступления. Неужели там ещё надеются что-то найти?
Следующим утром Жизель за завтраком сообщила мне, что никакого Джека Шарма в их родовых книгах нет.
– А что это вообще за книги?
– Толстенные такие тома, – Жизель сопроводила пояснение жестом. – В них записаны родословные магов, начиная с древних времён. Раз твоего Шарма там нет, он точно не маг. Может быть, родственник наших Шармов, а может, просто однофамилец.
– Или его забыли внести.
– Это же волшебные книги, деревенщина. Они заполняются сами, магически! И, между прочим, я ещё не рассказала главные новости.
– Что за новости?
– Я сделала за твоего детектива всю работу. Говорит тебе что-нибудь имя “Мелани Рэйв”?
– Ничего не говорит. Кто это? – заинтересовалась я. Жизель отправила в рот кусок тоста и, жуя, невнятно заговорила:
– Одна ведьма. Правда, её уже лет пятнадцать как нет в живых, но по возрасту она могла бы быть, например, твоей матерью. У неё было три сына, про дочь в книгах не упоминается, но ты же вампир. Вампиров мы не учитываем.
Мелани… Мелани… Мама… Я вертела имя в голове так и эдак, но не получила никакого отклика. Потом меня осенило:
– Возможно, не матерью, а сестрой – я ведь точно не знаю, сколько мне лет! А что насчёт троих сыновей? Ты их знаешь?
– Не припомню. Я, как видишь, нечасто бываю на той стороне портала.
– Но ты можешь их найти?
– Думаешь, мне делать больше нечего? – возмутилась Жизель. – Благотворительность – это к Асельке, она у нас добренькая.
К Асель так к Асель. Я позвонила ей, описала ситуацию, и она согласилась помочь; оставалось только ждать… Значит, среди моих родственников были и маги. Надеюсь, я не сделала глупость, когда сказала детективу Шарму своё настоящее имя и тем самым дала ему ключ к своему прошлому, в котором ещё неизвестно что скрывается.
Лёгок на помине, детектив позвонил мне, едва только я попрощалась с Асель и положила трубку.
– Мисс Рэйв, я нашёл кое-что по Вашему делу, – сказал он. – Где и когда Вам удобно будет встретиться?
– Сегодня, – мгновенно ответила я. – Скажем, в Центре творчества через час?
– Хорошо. Тогда – до встречи.
Шарм не заявился ко мне домой и не попросил меня приехать в участок – надо думать, это хороший знак. Вселяет надежду, что он не узнал о моей семье ничего подозрительного…
Пост-шпаргалка по персонажам пятого поколения.
Внезапные родственные связи. К пятому поколению они на каждом шагу) У премейдов Даррела Шарма и Эмилии Эрнест было трое детей, Ноа Шарм - это потомок их младшего сына, а Джек Шарм - потомок старшего. Друг другу они что-то типа четвероюродные дед и внук, если такое вообще бывает))
Баллы без изменений, 302,50
Внезапные родственные связи. К пятому поколению они на каждом шагу) У премейдов Даррела Шарма и Эмилии Эрнест было трое детей, Ноа Шарм - это потомок их младшего сына, а Джек Шарм - потомок старшего. Друг другу они что-то типа четвероюродные дед и внук, если такое вообще бывает))
Баллы без изменений, 302,50
Последнее редактирование: