[CUT=https://i.ibb.co/TqMv9Dgs/image.png]
[B]2 ноября[/B]
Миссис Кларк предупреждала, чем дальше будет продвигаться моя социализация, тем чаще будут возникать ситуации, которые я не смогу контролировать.
Вплоть до вчерашнего дня я был необоснованно уверен, что разберусь с этим. В моем сознании сам собой сформировался ложный тезис «количество социальных взаимодействий всегда нарастает постепенно».
Оказывается, это совершенно не обязательно так.
Моя популярность в кампусе ГСУ увеличивается слишком быстро, [I]непредсказуемо[/I] быстро, и теперь я постоянно ощущаю напряжение.
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7982.jpg[/IMG]
Я по-прежнему занимаю угловую комнату на третьем этаже общежития «Малан-холл». Сегодня первый день нового учебного семестра, в моем расписании два семинарских занятия по профильным дисциплинам.
Вчера в здании студенческого союза было традиционное общее собрание студентов и преподавателей.
А еще меня снова пригласили на вечеринку.
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7990.jpg[/IMG]
Я опоздал на встречу с первокурсниками, потому что заполнял документы в административном корпусе.
Это был совет Хэрольда Ассанжа. ГСУ предлагает расширенные стипендиальные программы студентам из особого списка декана, нужно только вовремя подать заявление и предоставить сведения о доходах. Я студент из неполной семьи – это тоже имеет значение, как и мой диагноз. Насчет последнего, нужно еще собрать несколько выписок, а секретарь декана вскоре свяжется с миссис Кларк. Тем не менее, на мой личный счет уже перечислили сумму, которая полностью покрывает расходы на обучение на ближайшие два семестра.
Хэрольд сказал, что ГСУ очень ценит своих лучших студентов, ведь наши успехи повышают престиж образовательных программ. Думать о том, что университет, который я посещаю, ценит мои академические усилия, действительно приятно. Мама, получив оповещение из банка, впервые не назвала меня «болваном» и «бестолочью» во время пятничного видеозвонка, зато велела в дальнейшем прислушиваться к советам Хэрольда Ассанжа как можно чаще.
К сожалению, все напутственные слова от преподавателей я пропустил, поэтому, оказавшись в холле здания студенческого союза, растерялся: профессора ушли, а студенты разбились на группы по интересам, и среди тех, кто попадался мне на пути, я никого не знал. Попытался найти Руби, парней из «Уреле-Ореша-Чам» или Тамору Кинг, но потерпел неудачу.
Потом мне предложили присоединиться к партии в бильярд.
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7985.jpg[/IMG]
В день общего собрания столы для бильярда, пинг-понга и мини-футбола выставляют на втором этаже, чтобы студенты не расходились сразу после речи декана, а задерживались поиграть и пообщаться. Пока я безуспешно искал в толпе знакомые лица, крепко сбитый парень, похожий на капитана факультетской футбольной команды, ощутимо хлопнул меня по плечу. Сказал, они с другом собрались «погонять шары» и набирают еще участников, потому что вдвоем скучно.
Так я познакомился со Скоттом (фундаментальная медицина, третий год) и Байаном (физическое воспитание, второй год, дважды брал академический отпуск по семейным обстоятельствам). И впервые взял в руки бильярдный кий. Я предупредил Скотта, что не стану интересным соперником, что я даже не знаю правил, но Скотт ответил, что это «не проблема» и «все с чего-то начинают».
Скотт и Байан ведут себя как хорошие, деликатные люди. Мне хотелось бы продолжить наше знакомство.
Пока Скотт показывал, как выполнять абриколь (это удар, при котором шар-биток сперва попадает в борт, отскакивает и тогда уже бьет по прицельному шару – слишком сложно для меня сейчас, но имеет смысл запомнить на будущее), я получил оповещение на студенческом форуме. hahanna007 упомянула мой аккаунт в посте с приглашением на вечеринку в доме женской коммуны «Три-Фрум».
Когда парни из «Уреле-Ореша-Чам» приглашали меня, это было неожиданно, но объяснимо: я жил в особняке братства. Можно сказать, у них не было выбора. С hahanna007 я даже не был знаком. И понятия не имел, что заставило ее пригласить меня.
Получив оповещение, я задумался о дальнейших действиях и потратил на размышления почти четыре минуты. Должно быть, выражение моего лица чем-то насторожило Скотта и Байана, потому что Байан уточнил, все ли у меня в порядке. Я рассказал им о приглашении, и Скотт посоветовал принять его, ведь вечеринки «Три-Фрум» самые крутые в кампусе и мне вообще-то очень повезло. Вскоре мы завершили партию и попрощались, напоследок обменявшись телефонами.
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7984.jpg[/IMG]
Я проголодался, поэтому купил пончик и ромашковый чай (очень вкусный) в кафетерии. И все время ланча продолжал размышлять.
С одной стороны, стоило лечь пораньше, чтобы набраться сил перед началом учебной недели. Кроме того, в посте с объявлением о вечеринке не было знакомых ников, а значит, мне предстояло оказаться в компании совершенно новых людей, к общению с которыми я едва ли мог заранее подготовиться. В то же время, со слов Скотта, я понял, что приглашение в коммуну «Три-Фрум» получают только выдающиеся, популярные студенты. Отказ мог существенно ударить по моему престижу – этого нельзя было допустить.
Таким образом, вчера ровно в семь вечера я поднимался на крыльцо особняка женской коммуны «Три-Фрум».
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7988.jpg[/IMG]
hahanna007 (вполне очевидно, оффлайн ее зовут просто Ханна) встречала гостей в холле. Это оказалась старшекурсница со специальности «изобразительное искусство». Когда мы поздоровались (Ханна не настаивала на рукопожатии, что меня поначалу обрадовало), я ощутил сильный запах спирта и тропических фруктов.
Позже мне объяснили, что Ханна [I]перебрала пунша[/I] в самом начале вечера и к моему приходу уже довольно [I]туго соображала[/I].
Приветствие организаторов вечеринки – та часть социальной активности, где возможна домашняя заготовка. Я знал, что должен похвалить особняк, это было нетрудно: здания «Три-Фрум» и «Уреле-Ореша-Чам» похожи, возводились одним и тем же архитектором практически одновременно, это комфортные, просторные строения с высокими потолками и качественными коммуникациями. Вдобавок студентки из «Три-Фрум» более склонны к чистоте и аккуратности.
Я отметил состояние мебели и лужайки перед особняком. Ханна отвечала коротко, односложно, но спокойно. А потом вдруг что-то пошло не так, она перебила меня на полуслове и произнесла, странно растягивая окончания: мне говорили, ты забавный чудик, я думала, развлечешь сегодня всех – а ты, оказывается, жуткий зануда, и зачем только пригласили.
Это было неожиданно и совершенно выбило из колеи.
Помолчав около минуты, я принял решение извиниться и уйти. И вдруг меня цепко ухватили за правый локоть, и между мной и Ханной откуда-то возникла еще одна девушка.
На территории Государственного Симологического Университета слишком много тактильных людей.
«Новая» девушка сказала, что Ханна должна [I]отвалить[/I], а еще как можно скорее найти партнера для секса, [I]унять зуд между ног[/I] и [I]перестать бросаться на людей как бешеная [/I]самка собаки[I].[/I] Ханна промолчала. Выражение ее лица изменилось, но она даже не попыталась возразить и защититься. В образовавшейся плотной тишине незнакомка, по-прежнему сильно сжимая мое предплечье, повела меня на второй этаж особняка. Там, в общей комнате, уже собралась компания из «Малан-холл», включая президента общежития Тамору Кинг.
Я хотел поздороваться, но меня не отпустили.
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7987.jpg[/IMG]
Следующие десять минут вышли страшно неловкими.
Моя спутница сказала, чтобы я отныне держался ее, иначе «в этом змеином логове такого милого кролика мигом съедят». Я спросил, почему она вмешалась в мой разговор с Ханной. Логически, это был уместный вопрос. Мне помогли разобраться с трудной ситуацией, хотя я не обращался за помощью – такое ведь не происходит сплошь и рядом.
Девушка пояснила, что студенты из одного общежития должны помогать друг другу. Я никогда не встречал ее в коридорах «Малан-холл». У меня до сих пор не было полноценного знакомства с новыми соседями, потому что я переехал в конце каникул, когда многие студенты еще не вернулись в кампус. Попытался вспомнить, говорила ли Тамора что-то о девушке с дредами, очень уверенной и острой на язык, и, наверное, раздумывал слишком долго. Девушка громко произнесла: «Да ладно! Эсела Карам, мы живем на одном этаже».
Когда вдруг начинают говорить громко – плохой признак, обычно это значит, что собеседник злится или разочарован.
Безо всякого перехода Эсела заявила, что я напрасно пришел в особняк «Три-Фрум»: девушки из сестричества тупые и жестокие, а я слишком беззащитный. Когда в следующий раз кто-то назовет меня «чудиком», я не должен молча проглатывать обиду, а должен сказать, что отец собеседника был девственником, пока не устроился чистильщиком вольера для лам в зоопарке и не встретил там мать собеседника.
Я уточнил, каким образом подобная гипотеза могла бы сделать мой диалог с Ханной более продуктивным. Никак, отозвалась Эсела, плевать на Ханну, просто ни одно оскорбление не должно оставаться безнаказанным. Так решают проблемы Бунтари.
Я слышал о Бунтарях раньше: еще одна социальная группа в кампусе, наравне с Ботаниками. Джефри, Лудо и Рекс из «Уреле-Ореша-Чам» Бунтари. Прежде я почти не интересовался этой социальной группой, но читал на студенческом форуме, что они крутые, особенно Джефри.
Прежде, чем я успел выяснить у Эселы еще что-нибудь о ней или ее социальной группе, меня в третий раз за день без предупреждения схватили за руку.
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7983.jpg[/IMG]
На этот раз – девушка-блондинка.
У нее были очень крепкие пальцы. Хватка не была болезненной, только неожиданной и неприятной. Я инстинктивно попытался высвободиться, но она держала уверенно и уже что-то говорила мне, глядя прямо в лицо.
Я успел отметить: длинные светлые волосы, убранные в пучок, плечи шире, чем у большинства девушек в кампусе, очень ровная осанка – такая бывает у людей, которые с детства занимаются каким-либо спортом, требующим держать корпус прямо. Подбородок чуть выдвинут вперед. Глаза двигаются быстро, фиксируют все вокруг. Это тоже спортивная привычка, я читал о периферическом зрении.
«Руди! – сказала она. – Это же ты, да? Руди из «Уреле-Ореша-Чам»?»
Я не сразу понял, почему она ко мне обратилась.
Дело было в сайте знакомств. Том самом, на котором Томми, Махмуд и Лудо создали мой аккаунт, вели переписки с разными девушками из кампуса на протяжении трех с половиной недель, а потом передали мне ключи. С тех пор я не заходил туда ни разу. Каждый раз, когда я вспоминал о двадцати трех непрочитанных сообщениях, я думал, что займусь этим позже. Потом у меня заканчивалась промежуточная аттестация, начинался новый семестр, появилась стипендиальная программа и переезд в «Малан-холл». Времени на сайт знакомств все еще не было.
Я согласился с тем, что действительно Руди, но оспорил свою принадлежность к «Уреле-Ореша-Чам».
«Я Эшли! Эшли Десорренто, факультет коммуникаций, – она, наконец, выпустила мою руку, но продолжала стоять очень близко. – Мы с тобой столько переписывались, но потом ты вдруг пропал, я уже думала, что чем-то тебя задела или тебе просто стало скучно... Ты давно не отвечал».
Я молчал.
Это была одна из двадцати трех. Или двадцати четырех, или тридцати одной – я не знал точного числа на текущий момент, потому что не заходил в аккаунт. Передо мной стоял живой человек, который был убежден, что мы общались. Который, судя по всему, был рад меня видеть. И которого я не мог вспомнить, потому что вспоминать было нечего.
Эсела Карам стояла рядом и тоже молчала. Это было странно, она производит впечатление человека, который молчит крайне редко.
Нужно было объяснить Эшли, что вышла путаница, но я не знал, как начать. У меня нет опыта признаний в таких вещах, как использование моего имени посторонними людьми в переписках. Поэтому я признался, что в период аттестации у меня не было времени на сайт знакомств – это тоже было правдой.
«Оу, я понимаю, всех завалило делами в последние пару недель. Но ты писал такие интересные вещи про механику и про книги, я давно хотела встретиться вживую».
Я не знал, что именно «я» писал. Томми Барбс создал аккаунт, Томми Барбс, Махмуд и Лудо Викко писали сообщения. Содержание этих сообщений мне неизвестно. Я представил, что именно Томми Барбс мог написать девушке с факультета коммуникаций от моего имени на тему механики и книг, и это вышло тревожным мысленным экспериментом. Лучше было его прекратить.
Я поблагодарил Эшли, потому что, когда тебе адресуют позитивные характеристики, принято благодарить. Эшли улыбнулась. У нее очень симметричное лицо. Я заметил это, потому что симметрия лица считается биологическим маркером привлекательности. Но Эшли не была Руби, и ее симметричное лицо не производило на меня никакого особенного впечатления.
Нужно было что-то добавить или спросить. Я уже открыл рот, но тут Эсела Карам вдруг взяла меня под локоть и сообщила Эшли, что мы направляемся вниз, там раздают глинтвейн, и он скоро закончится. Эшли сказала, что тоже хочет глинтвейна и присоединится к нам. Эсела сказала, что Эшли, конечно, может делать что угодно, у нас свободная страна.
Это был конец разговора о сайте знакомств. Я не стал его возобновлять.
Нижний этаж особняка был шумнее и теснее. Я все-таки поздоровался с Таморой Кинг. Тамора спросила, как мне новая комната. Я ответил, что камин пока не пробовал, но собираюсь в декабре.
Примерно в половине одиннадцатого кто-то на весь особняк объявил, что во дворе разведен костер. Это вызвало оживление, часть гостей потянулась к выходу. Я не хотел идти – из опыта с пожаром я вынес несколько твердых убеждений относительно открытого огня в жилых зонах. Но Эсела сказала, что костры «Три-Фрум» – отдельное явление природы, и если я уйду сейчас, то пожалею потом.
Я не понял, каким образом могу пожалеть о том, что не видел чужого костра, но Эсела велела мне держаться ее, и она двинулась во двор.
Во дворе было холодно, что меня обрадовало. Я лучше переношу холод, чем духоту.
Костер горел в большом огороженном цепочкой камней кострище примерно пяти футов диаметром. Студенты стояли кругом. Некоторые держали в руках пробирки без пробок, одну из них передали мне.
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7986.jpg[/IMG]
Пробирка была стеклянная, теплая на ощупь. Внутри – голубой порошок. Я спросил, что это. Несколько человек сразу начали отвечать одновременно, что было бесполезно, ведь я не разобрал ни одного слова. Эсела перекрыла всех и пояснила: металлические соли, безвредно, нужно бросить в огонь. Будут красивые цвета.
Я знаю, что различные металлы окрашивают пламя в характерные цвета при сгорании: медь дает зеленый и синий, стронций – красный, натрий – желтый, барий – зеленый. Голубой порошок, вероятно, содержал медные соли. Я хотел спросить точный состав, но вокруг было слишком шумно и мне не хотелось повторять вопрос несколько раз.
Я бросил пробирку в костер.
Стекло разбилось сразу, от удара. Порошок просыпался на горящие поленья, и из пламени вырвались искры – пестрые, неожиданно крупные. Они поднимались высоко, прежде чем угаснуть. Это было красиво. Не так, как созвездия, но похоже: что-то яркое и очень ненадолго.
Я смотрел на искры дольше, чем планировал.
Потом меня настиг запах.
Дым из костра изменился – стал гуще и темнее, химическим, с тяжелой горькой основой. Не едкий, как дым после пожара на кухне в «Уреле-Ореша-Чам», но неприятный иначе: назойливый, обволакивающий, проникающий всюду.
Я сразу отошел на несколько шагов, но было уже поздно. Такой запах не исчезает быстро.
Всю обратную дорогу до «Малан-холл» я чувствовал его в волосах и в ткани футболки. Поднявшись к себе на третий этаж, я снял всю одежду и сложил ее отдельно, не в шкаф. Нужно будет постирать при первой возможности, дважды. На запах дыма у меня плохая реакция, я знаю это. Принял душ.
Сейчас два часа ночи. Голова болит умеренно.
Эшли Десорренто написала мне еще одно сообщение – уведомление пришло на телефон уже после того, как я вернулся. Я не стал его открывать.
Вечеринки «Три-Фрум» – это, кажется, не мое.
[B]7 ноября[/B]
Осень в кампусе Государственного Симологического Университета очень красивая.
Я не ожидал этого. Дома осень была в основном про серое небо и необходимость надевать дополнительный слой одежды. Здесь деревья вдоль главной аллеи и по периметру испытательного полигона Школы науки пожелтели и покраснели так интенсивно, что в солнечные дни на них больно смотреть. Не неприятно больно, скорее интересно больно, как смотреть на искры над костром. Я несколько раз останавливался посреди дорожки и просто смотрел вверх, пока прохожие не начинали обходить меня стороной.
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7989.jpg[/IMG]
Мое расписание в этом семестре позволяет гулять дольше, чем раньше.
Три раза в неделю у меня нет занятий в первой половине дня, и я использую это время. Маршруты у главной аллеи и вокруг парка за медицинским корпусом я уже изучил достаточно хорошо, поэтому теперь могу не думать о том, куда иду, а думать о других вещах. Это удобно.
Примерно две недели назад я начал поднимать с земли интересные камни.
Началось случайно. У северного края спортивного поля я обнаружил обломок породы с видимыми кристаллами полевого шпата и решил взять его, чтобы рассмотреть при хорошем освещении. Дома оказалось, что это гранит с необычно крупными включениями. Я написал тете Анне, она сказала, что в детстве я тоже всегда тащил домой камни и однажды принес в кармане столько, что порвал куртку. Я не помню этого, но звучит правдоподобно.
С тех пор у меня на подоконнике стоят семь образцов. Предположительно: два гранита, кусок сырой палладиевой руды, что-то похожее на известняк с отпечатком раковины, три образца неустановленного происхождения. Нужно найти определитель минералов.
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7991.jpg[/IMG]
Жизнь в «Малан-холл» вызывает у меня смешанные чувства.
В «Уреле-Ореша-Чам» жили только мужчины. Я привык к этому за первый семестр. «Малан-холл» – смешанное общежитие, и на моем этаже девушек примерно вдвое больше, чем парней.
Я не был к этому готов.
Не в том смысле, что это опасно или неприятно. Просто оказалось, что по утрам в коридоре третьего этажа девушки совершенно спокойно появляются в нижнем белье – между душевой и своими комнатами, или по пути на общую кухню за кофе. Первый раз я столкнулся с этим в свой третий день в «Малан-холл» и не придумал ничего лучше, чем немедленно развернуться и запереться у себя. Потом я провел в своей комнате двадцать минут, пытаясь понять, правильно ли я поступил и нужно ли было поступить иначе.
Я спросил об этом у Хэрольда Ассанжа по телефону.
Хэрольд посмеялся, но не обидно, и сказал, что это нормально и никто из девушек, скорее всего, не думает об этом так же серьезно, как я. Он посоветовал просто вести себя естественно.
Я не сказал Хэрольду, что не вполне понимаю, как это.
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7993.jpg[/IMG]
С тех пор я выработал следующее правило: смотреть прямо перед собой, здороваться, если человек здоровается первым, и продолжать идти. Это работает удовлетворительно. Неловкость никуда не делась, но она стала меньше, чем в первые дни.
Стараюсь не думать об этом слишком долго.
Вчера, разбирая рюкзак после занятий, я обнаружил на дне, среди учебников и пенала с ручками, плюшевую игрушку. Гнома в черной академической мантии и четырехугольной шапочке выпускника. Гном был небольшой, примерно с мое предплечье, и очень аккуратно сшит.
Я не понял, откуда он там.
Я точно помню, что утром его в рюкзаке не было – я всегда знаю, что лежит в моем рюкзаке, это важно. Значит, кто-то положил его туда в течение дня. У меня было два семинара в двух разных корпусах. рюкзак все время стоял под столом или на соседнем стуле. В библиотеке я оставлял его на столе, когда ходил за книгами, – это заняло около четырех минут.
Вероятнее всего, это подарок. Тайное подбрасывание – странный способ вручить подарок, но я читал, что некоторые люди испытывают затруднения при прямой передаче. Могу их понять.
Я поставил гнома на подоконник, рядом с камнями. Там он выглядит уместно.
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7995.jpg[/IMG]
В среду я столкнулся с Эшли Короно.
Я знаю это имя по двум причинам. Первая: она первокурсница с экономического факультета, в этом семестре у нас совпадает один из общих курсов. Вторая: ее ник был среди тех, кто писал на мой аккаунт на сайте знакомств, пока им управляли Томми Барбс, Махмуд и Лудо. Я не читал ее сообщений. Я не читал ни одного из двадцати трех – или скольких там теперь – сообщений. Но ники видел, когда принял аккаунт.
До среды мы ни разу не разговаривали.
Дождь начался внезапно, когда я шел от лекционного корпуса к Школе науки. Прогноза погоды я не проверял – это была ошибка, я должен проверять прогноз погоды каждое утро. Зонта со мной не было, непромокаемой куртки – тоже, только рубашка и футболка.
Эшли Короно возникла рядом и молча накрыла нас обоих своим зонтом. Потом спросила, по пути ли мне к основному зданию технологического факультета. Я ответил, что да. Она сказала, что тоже туда идет, и мы пошли вместе.
Пока мы шли, я пытался понять, ожидает ли Эшли, что я продолжу диалог, который был нами (между Эшли и Томми Барбсом) на сайте знакомств. Ответа я не нашел, поэтому просто слушал.
Всю дорогу Эшли Короно разговаривала.
Слишком много информации за короткий промежуток времени. Она успела рассказать, что живет в «Генри-холл» на втором этаже, что экономический факультет оказался скучнее, чем она ожидала, что на прошлой неделе съела в столовой что-то несвежее и проболела три дня, и что терьеры – лучшая порода собак. Я не высказывал мнения по последнему пункту, потому что у меня его нет.
Потом она сказала, что слышала, как профессор Энтони отзывался обо мне на общей кафедре – что-то про нестандартный подход к задачам. Я не знал, что профессор Энтони упоминает меня на кафедре. Это неожиданно и немного тревожит, хотя, по всей видимости, не должно.
У полигона Школы науки Эшли Короно сказала, что студенческое объединение организует серию открытых лекций по прикладным специальностям, и что было бы здорово, если бы я выступил. Я ответил, что подумаю. Это была не совсем правда – я не был уверен, что буду об этом думать, – но именно такой ответ, насколько я понял, ожидался.
Потом она ушла, а я долго стоял в дверях учебного корпуса.
Нужно все же когда-нибудь зайти в тот аккаунт.
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7994.jpg[/IMG]
Сегодня в полдень Эшли Десорренто пригласила меня на еще одну вечеринку в «Три-Фрум».
Я ответил, что занят. Почти правда.
Эсела Карам, которой я рассказал об этом вечером, фыркнула и сказала, что я правильно делаю.
С Эселой я разговариваю чаще, чем с кем-либо другим в «Малан-холл». Она живет через две комнаты от меня и имеет привычку оставлять свою дверь открытой, когда не спит. Это означает, что, проходя мимо, я почти всегда вижу, что она делает, и она видит меня. Иногда она окликает меня и мы разговариваем. Иногда нет. Закономерности в этом я пока не выявил.
Эсела очень часто ходит по коридору в одном нижнем белье.
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7992.jpg[/IMG]
Я пытался поговорить с ней об этом. Начал фразу три раза и каждый раз останавливался на середине, потому что не мог найти формулировку, которая не звучала бы либо как жалоба, либо как что-то еще, что я точно не хотел иметь в виду. В итоге я не сказал ничего.
Это, вероятно, относится к категории вещей, которую миссис Кларк называет «не каждую проблему нужно решать вербально». Я не до конца понимаю эту концепцию, но применяю ее здесь как рабочую гипотезу.
По пятницам Эселе достается дежурство на общей кухне. В эти дни в «Малан-холл» пахнет чем-то замечательным.
Я пробовал ее ирландское рагу и что-то, что она назвала «просто рис, не заморачивайся», хотя в этом рисе было не менее двенадцати отдельных составляющих. Оба блюда были исключительно хороши. Это объективная оценка, не только моя – за «просто рисом» выстраивалась очередь.
Сегодня вечером Эсела постучала ко мне и предложила провести время не на вечеринке в «Три-Фрум», а за бильярдом. Она, Тамора Кинг и Тибериус Уиллард – он учится в моей группе, хотя мы почти не разговаривали – собираются в гостиной второго этажа (там есть старый бильярдный стол) в восемь.
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7996.jpg[/IMG]
Я склонен согласиться.
Бильярд в прошлый раз мне понравился. Там не слишком громко, у меня будет время сосредоточиться перед каждым ударом, и никто пока не ожидает от меня высоких результатов – это снижает тревогу. Тибериус Уиллард на семинарах ведет себя тихо и не перебивает других, что я расцениваю как хороший знак.
Кроме того, сегодня пятница, и на кухне в «Малан-холл» все еще пахнет едой Эселы.
Это тоже, наверное, имеет значение.[/CUT]
[SPOILER="Примечания и техническое"]
Плашка
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7999.jpg[/IMG][/SPOILER]
[SPOILER="Баллы"]
Без изменений
[B]Всего: [/B]1,0 балл
Перечитывая записки этой темы с начала, чтобы вспомнить сюжет, вдруг обнаружила, что неправильно заселила основателя:фейспалмсразмаха:(на участок 30х20). Переселю на участок необходимого размера (минимум 30х40), как только он вернется из Университета, а пока
[B]Штрафы за нарушение правил: [/B]1 балл за неправильное заселение основателя[/SPOILER]
[SPOILER="Значки"]
[IMG]https://content.foto.my.mail.ru/mail/unikumka/3608/h-7998.jpg[/IMG]
+ Два на два: сыграть в бильярд вчетвером.[/SPOILER]
. Прошу, пожалуйста, добавить. Заранее спасибо!
.
