Наступил долгожданный бал, и Рэймонд хоть на один вечер отвлекся от депрессии и самобичевания. Он так долго ждал его, ведь Раиса была его парой.
Однозначно этот бал кардинально отличался от прочих. И дело было конечно же не в программе, тематике, музыке или угощениях. Дело было в ней... В его любимой.
Ей чертовски шло это простое, но такое элегантное платье-сорочка... Оно облегало женственные формы Раисы и томно переливалось шелковым сиянием в приглушенном свете праздничных фонариков.
А когда они закружились в финальном медленном танце, и руки Рэя ощутили ее тело под тонким покровом шелка, то это окончательно свело его с ума.
Как же он мечтал сейчас о том, чтобы все вокруг испарились, и они остались наедине... чтобы он мог почувствовать ее вкус, ее тепло, ее нежность...
Это желание было настолько сильным, что причиняло немалую физическую боль. Однако после инцидента с Лейлой Рэй просто права не имел повторить ту же ошибку с Раисой.
Им остались только поцелуи и объятия, легкие хулиганства, которых Рэю давно было недостаточно.
Настроение от осознания всего этого резко испортилось. Проводив Раису, домой парень пошел пешком, чтобы немного проветриться и хоть как-то унять эту странную боль, которая мучала его после танца. Прогулка особого удовольствия не принесла, Рэй был в состоянии злобной токсичности, всё его раздражало, нервы сдавали.
Отец ждал его на улице у ворот... И тут Рэй вспылил:
- Как же достал ты меня со своей заботой! Я уже взрослый! Не обязан приходить домой до 11! И вообще приходить! Ты все равно не понимаешь меня! Не хочешь даже пожалеть!
Меня понимала только мама! Ты ее не заменишь! Оставь уже меня в покое!
После такой незаслуженной тирады Эдвард сначала потерял дар речи, а потом заговорил спокойно, но жестко:
- Сейчас всем больно! И тебе, и Лауре, и мне! Если бы не вы, я бы уже... Мне нет места в жизни без твоей мамы, я ее искал сотни лет, мы так мало успели...
В общем не ты один страдаешь! И вымещать боль на нас - подло! И кстати! Остальные свои проблемы ты себе создал сам! По своему выбору!
Я всегда был на твоей стороне! Всегда поддерживал! Но это не значит, что я должен одобрять откровенную безответственность!
Хватит ныть и вести себя как капризный ребенок! Взрослый ты? Так прояви себя как взрослый! Завтра жду твоих извинений! Ты кстати на домашнем аресте, пока я не передумаю. Спокойной ночи!
Многие неприятности в жизни Рэймонда случались, потому что он был чертовски упрям. Хоть слова отца юный оборотень понял и к сведению принял, но...
Характер возобладал над совестью и здравым смыслом, и Рэй сбежал через окно, отправившись... Не поверите! Прямиком к Софии.
Внутри Рэя бушевала такая буря, что он боялся, что его разорвет.
"А София мне поможет отвлечься", - подумал он - "да, уж она точно не откажет, и заодно сможет снять это тяжелое до боли во всем теле напряжение."
Совсем быть негодяем не хотелось, и он купил розу, вооружился парой комплиментов и постучал в дверь Софии.
Девушка, мягко говоря, была удивлена, увидев причину своих последних переживаний, но конечно обрадовалась. И конечно была польщена его медовыми, хоть и пошловатыми комплиментами.
И конечно была готова к тому, что спустя десять минут разговора он начал стягивать с нее одежду... Но София была далеко не дура. Она прямо спросила, к чему вся эта мишура?
Что вдруг случилось, что он передумал, и реально ли что-то изменилось между ними?
Рэй устал. Рэю больно. Рэй измучился от метаний и сомнений. У него даже нет сил больше играть в романтизм сейчас.
Он нашептал Софии на ухо, что она может считать его последним гадом, но ему сейчас чертовски плохо, а пойти больше некуда...
Между ними ничего не изменилось, с ней ему просто хочется удовольствия, очень хочется... Она умеет то, что не умеют другие.
Ничего другого не будет. Любит он Раису, но близость с ней невозможна пока... И если Софии с ним также хорошо, как ему с ней, то может стоит всё так и оставить... Пока...
София конечно ждала другого ответа. Совершенно. Но Рэй прав в одном, терять хотя бы то, что есть у нее, она не хочет.
От Софии Рэй возвращался уже рано утром в прекрасном настроении. От боли в теле не осталось и следа, а боль душевная приутихла под множеством красок восприятия прошедшей ночи.
Но хорошее настроение продлилось недолго...
На перекрёстке стояла Лейла. Живот уже был очень заметен... Наверняка весь город судачит об этом... Интересно, Лейла рассказывает всем, кто отец ее ребенка или нет...
Рэймонд набрался смелости и спросил.
- Конечно я всем говорю, что ты отец, и что ты отказался от нас. После нашей последней беседы ты ждал другого?
Ты подонок, а я буду тебя оберегать? Ну уж нет! - гнев и обида Лейлы ощущались буквально на физическом уровне. Они обдавали Рэя ледеными беспощадными волнами.
Он оцепенел от осознания ужасной мысли: что будет, когда узнает Раиса??? А вдруг она уже узнала???
Дни стали совсем серыми. Дома было совсем невмоготу, отец избегал Рэя, и даже младшая сестра, хоть и молчала, но смотрела с осуждением, поэтому почти всё время парень проводил в школе.
Чтобы как-то сохранить здравый рассудок и самообладание, Рэй начал вести дневник. Чем больше он вел записи, тем больше осознавал, что сам загнал себя в угол, и выхода пока нет.
Каждую встречу с Раисой он боялся, что она начнет самый страшный разговор в его жизни. Правду говорят, что ожидание казни хуже самой казни...
С Лейлой что-то нужно было решать, пока не стало слишком поздно. Рэймонд понимал, что быть врагами с ней нельзя. И отец прав - он виноват тоже...
Ладно-ладно, он на 90% виноват... Но 10% то все-таки на ней: она знала об опасности залететь и все равно согласилась...
Рэй попросил свою подругу Молли помочь устроить встречу с Лейлой и побыть третьей стороной, как на переговорах.
Потому что по опыту знал, если они встретятся вдвоем наедине, то опять просто поорут друг на друга и ничего не решат.
Сначала всё шло хорошо. Ребята обсудили ситуацию. Признали, что в ней виноваты оба. Лейла сказала, что до сих пор очень любит Рэя.
А Рэй признался, что Лейла всегда искренне ему нравилась, но свою судьбу он выбрал. Жениться на Лейле не может. Девушка приняла эту новость стойко.
В принципе она давно это поняла, но ей нужно было услышать это из его уст. И сейчас Лейла была благодарна за долгожданную искренность.
Всё было хорошо... Пока Рэй не предложил "всё исправить" и избавиться от ребенка.
Лейла наотмашь ударила Рэймонда по лицу, назвала его конченым уродом и собралась уйти.
И тут поток боли, обиды, разочарования и ярости, копившиеся внутри измученного волка пару месяцев вырвался, и чуть не разорвал его.
Оборотень, проявляя чудеса самоконтроля и с огромным трудом сдерживаясь, чтобы не убить никого, с отчаянием прорычал, что этот ребенок испортит жизнь всем!
И неизвестно, кем он может родиться, ведь генетика у Рэймонда не самая простая. Если Лейла хочет рисковать, так и быть, пусть рожает, но он сам в этом участвовать не станет.
После этого он оставил онемевших от ужаса свидетелей превращения переваривать случившееся и унесся в темноту.
Пробегав сутки волком по лесам, Рэймонд истощенный душевно и вымотанный физически вернулся домой.
Вместе с отцом и сестрой там ждала Раиса: она волновалась, что он пропал так надолго и не выходит на связь. Рэй собрал остатки сил и предложил русалке прогуляться.
Мучаться неизвестностью он больше не мог, и рассказал Раисе всё: про беременность Лейлы, про Софию, про свои метания. Он умолял понять его и простить... Если Раиса бросит его, то ему не жить...
Она его свет в конце тоннеля... Раиса молчала. Долго. В глазах бушевала гроза, но внешне девушка была невозмутима.
Рэй обнял ее со спины, уткнулся лицом в волосы и снова начал нашептывать слова раскаяния.
Раиса не шевелилась, застыла точно статуя. В конце концов она очень тихо сказала:
- Хорошо... Я дам тебе шанс... Один единственный шанс... Но мне нужно время остыть, иначе я могу... Убить тебя. Не звони и не приходи, я сама найду тебя, когда... Когда успокоюсь.